понедельник, 23 мая 2011 г.

Купец, коллекционер, меценат

   Третьяков Павел Михайлович — коренной москвич, получил домашнее образование и, по его словам, «с юности беззаветно любил искусство». Первые его приобретения — еще случайные и незначительные — относятся к 1853 году, в следующем году он покупает девять картин старых голландских мастеров — они до самой смерти Третьякова украшали его жилые комнаты. Но, не имея на первых порах опыта и разносторонних знаний в области искусства и руководствуясь глубоким патриотическим чувством, Третьяков решил сосредоточиться на собирании работ современных ему русских художников.
   Годом зарождения его галереи принято считать год 1856, когда были приобретены картины «Искушение» Н. Г. Шильдера и «Финляндские контрабандисты» В. Г. Худякова. Затем последовала покупка работ И. П. Трутнева, А. К. Саврасова, К. А. Трутовского, Ф. А. Бруни, Л. Ф. Лагорио, блистательного портрета итальянского археолога М. Ланчи кисти К. Брюллова и др. Так Третьяковым была начата многолетняя, самоотверженная собирательская работа, скромная, не рассчитанная на рекламу и восхваления (известно, что Третьяков едва не заболел ог огорчения после восторженной статьи о нем Стасова и «сбежал» из Москвы от торжеств по передаче Галереи в дар городу). Можно сказать, что уже с самого начала коллекционирования Третьяков имел ясное представление о цели своего труда. В завещании, составленном в 1860 году, всего через четыре года после покупки первых картин, он писал: «Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, принесущего многим пользу, всем удовольствие».

    Убежденность Третьякова, его вера в свое дело кажутся удивительными, если вспомнить, что он закладывал основы галереи в то время, когда русская школа живописи как самобытное и значительное явление лишь смутно вырисовывалась в тени, отбрасываемой великой художественной традицией Запада, могучее древнерусское искусство было полузабыто, произведения русских художников рассеяны по частным коллекциям, дома и за границей, когда не было еще ни Репина, ни Сурикова, ни Серова, ни Левитана, тех их картин, без которых невозможно сейчас представить русское искусство. В характере Третьякова сердечная отзывчивость и доброта сочетались с требовательностью, прямотой, твердой деловой хваткой. Десятилетиями он материально поддерживал художников, помогал Крамскому, Перову, Ф. Васильеву и столь многим другим, что их даже трудно перечислить; опекал училище глухонемых, был организатором приюта для вдов и сирот неимущих художников. В то же время, покупая картины, он называл весьма умеренные цены, терпеливо торговался с авторами, иногда отказывался от слишком дорогих произведений, которые очень хотел приобрести,— берег деньги все для той же цели: собрать как можно больше произведений, представить русскую школу не только в лучших ее проявлениях, но и со всей возможной полнотой. Чуткость к искусству, всегдашняя искренность, готовность оказать материальную и нравственную поддержку, а главное, одушевлявшая Третьякова высокая цель снискали ему глубокое уважение и любовь художников. Все самое честное и передовое в искусстве того времени тянулось к Третьякову, помогало ему. Некий молчаливый уговор художников о предоставлении права первого выбора Третьякову ставил его вне конкуренции с другими коллекционерами. Многолетние дружеские связи соединяли его с Крамским, Репиным, Перовым, Стасовым, Ярошенко, Максимовым, Поленовым, Суриковым, Прянишниковым и другими. Его облик запечатлен в ряде живописных и скульптурных произведений (С. Волнухин «Портрет П. М. Третьякова»).
   Дело его жизни — настоящий подвиг, а сам он заслуживает благодарности, памяти и уважения как национальный герой.
Третьяков Павел Михайлович
Государственная Третьяковская галерея
Картины Третьяковской галереи

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts with Thumbnails