понедельник, 21 января 2013 г.

Возвращение через годы: Лидия Чарская


   Перед вами пожелтевшая фотография женщины с грустными, немного удивлёнными глазами. Это детская писательница Лидия Алексеевна Чарская. Ее любили и ее книгами зачитывались дети начала XX столетия. Трудно представить себе ребенка тех лет из образованной семьи, не читавшего Чарскую. Ее книги прятали под подушкой и в партах, читали в тишине институтских дортуаров и на дачных верандах, ею зачитывались, ею восхищались, ее имя поднимало тиражи журналов до небес.
   Ей завидовали, ее жестоко, грубо и злобно критиковали (как сделал это К.И. Чуковский в 1912-м). А уж сколько грязи вылито на ее голову после революции! В печально известном списке книг, подлежавших изъятию из общественных библиотек и подписанном Н. К. Крупской, есть и имя Чарской — оно стоит рядом с именами Аксакова, Достоевского, Флобера, Шекспира, Андерсена, Диккенса. Что ж, Лидия Алексеевна оказалась в неплохом обществе!
   Кто же она, писательница Чарская? В чем тайна ее популярности? Увы, ее биография не очень достоверна. Родилась Чарская, вероятнее всего, в 1875 году в семье военного инженера. Мать умерла при рождении дочери, и девочку воспитывали отец и четыре тетушки, которые безудержно баловали малютку. Лидочка Воронова была кумиром семьи, «нашим божком», как ее называли родные. Любовь, ласка, внимание, дача в Павловске, маленький пони с шарабаном, игры, сладости, игрушки… Шалунья, непоседа, юный разбойник в юбке — горячей любовью она платила за любовь и тетям-мамам, и папе Алеше (так она называла обожаемого отца).
   Но вот первое большое горе. Папа женился. Мачеха оказалась неплохой женщиной, она искренне желала падчерице добра, но не сумела найти путь к ее сердцу — слишком была разумна, рассудительна, суховата, прививала девочке привычку к порядку, дисциплине, но главное, по мнению Лиды, — вставала между ней и отцом.
Конечно, отец не разлюбил дочь, но отстранил тетушек-потаковщиц от ее воспитания и отдал Лиду в Павловский институт, что находился тогда на Знаменской улице.
За побег её долгое время не брали домой на каникулы. Она пишет, что сама не хотела — ой, вряд ли. Однако вскоре беглянка смирилась, привыкла к институтской жизни, приобрела подруг. Много было там смешного, на наш взгляд, например, «обожание» учителей, старших воспитанниц и даже иногда истопников, за неимением другого свободного предмета обожания. (Об этом пишет А. Бруштейн в своей трилогии «Дорога уходит в даль». Автор сохранила недобрые воспоминания, как и Е. Водовозова, написавшая книгу «История одного детства». Вообще-то обе книги интересные и их стоит прочитать).
   Кто же спорит — институтки были оторваны от реального мира, росли в искусственной атмосфере, часто бывали излишне восторженны и экзальтированны, но и добрые слова о них нетрудно найти. Ценились честность, умение постоять за себя и за подруг, простота, ум, хорошие способности, готовность прийти на помощь, а порицались трусость, ложь, подлизывание к начальству, лень, кривляние, и горе было ябедам и задавакам! Богатство, высокое положение родных, титул — все это не имело большой цены. Институтские впечатления станут основой многих произведений: «Записки институтки», «Люда Влассовская», «Княжна Джаваха», светлый образ которой воспоет потом М. Цветаева.
   Вскоре после окончания института Лидия вышла замуж за офицера Бориса Чурилова, но брак оказался непрочным, они расстались, и молодая женщина осталась с маленьким сыном Юрой на руках. Идти к отцу? Но у него новая семья, трое детей, жена. Отношения с мачехой наладились еще в институте, но все же Лидия Алексеевна выбрала другой путь. Она оканчивает театральные курсы и в 1898 г. поступает в Александринский театр под псевдонимом Л. Чарская. Она играла небольшие характерные роли, работала много, но денег не хватало. Возникла мысль искать дополнительный заработок. Лидия Алексеевна предложила свои услуги переписчицы издательству Вольфа и принесла туда свои дневники, чтобы показать образец почерка… Так появились на свет «Записки институтки» и получен первый гонорар — сто рублей. А затем — «Сибирочка», «Первые товарищи», «Приютки», «Княжна Джаваха», «Вторая Нина», «Волшебная сказка», «Лесовичка» — более 80 произведений за 16 лет творческой жизни. В 1911 году опрос показал, что по популярности среди детей Чарская на третьем месте (после Гоголя и Пушкина и перед Твеном и Тургеневым). Хорошие книги читали тогда ребята!
  Журналы начинали печатать повести Чарской в конце года, чтобы обеспечить подписку на следующий. Её перевели едва ли не на все европейские языки, тиражи  книг были огромны. Писательница уделяла внимание «исторической» теме — «Паж императрицы», «Грозная дружина», «Смелая жизнь» (о Надежде Дуровой). Глубоко и искренне религиозная, она пишет для детей книгу «Один за всех» о детстве преп. Сергия Радонежского. Всероссийская известность принесла Лидии Алексеевне материальную обеспеченность, но не более того. Деньги у нее не задерживались, любой нуждающийся брал у нее в долг, чаще — без отдачи. Издатели платили ей мало, не оплачивали переиздания, наживались как хотели.
   Потом грянула революция и покатилось по России «красное колесо». Просто чудо, что оно почти не задело Лидию Алексеевну. Ей даже удалось в 20-е годы напечатать несколько книжек рассказов под псевдонимом Н. Иванова. Жила она в бедности, но добрые люди, почитатели таланта ей помогали, немного помог и Литфонд. Умерла она в марте 1937 года.
   Наступили годы забвения. Ее книги изъяли из всех библиотек, их запрещено было принимать в магазины «Старая книга», а в печати имя Чарской если и упоминалось, то как пример «казарменного патриотизма, пошлости, бездарности».
Сейчас книги Лидии Алексеевны снова издаются большими тиражами, они есть в библиотеках, и не только в детских: их охотно читают взрослые. Чарская снова вернулась к своим читателям!
Елизавета СМЕЛОВА,
зав. сектором библиотеки им. Н.Г. Чернышевского, руководитель клуба «Свет»

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts with Thumbnails